История курорта Гагра



• Вторник 19 октября 2010

Курортной перспективой Черноморского побережья в конце XIX в. заинтересовалось русское правительство. Приморских курортов в России в тот период не было. Русская знать ездила лечиться и отдыхать в Европу — на Лазурный берег во Франции, к итальянским красотам, в Германию — «на воды».

Наконец дошли руки и до собственных берегов, красот и минеральных источников. Специальная комиссия осмотрела все черноморское побережье и решила: лучше Гагры не найти, именно здесь будет русская Ницца.

Что удивляться: Гагра — самое теплое место в европейской части Империи, среднегодовая температура — 15-17 градусов. И это притом, что альпийские вершины вплотную подступают к морю, чтобы, соединившись с прибрежным теплом, создать уникальный микроклимат.

И тут Гагре повезло во второй раз — царским указом от 9 января 1901 г. руководство строительством климатической станции было поручено Александру Петровичу Ольденбургу. Принц Ольденбургский, потомок младшей ветви герцогов Гольштейн-Готторпских, состоявших в близком родстве с Петром III и Екатериной II, по своей бабке великой княгине Екатерине Павловне был еще и правнуком Павла I. Он получил военное образование, служил в Лейб-Гвардии Преображенском полку, воевал в русско-турецкую войну 1877 — 1878 гг., участвовал в осаде Плевны.

С 1896 был членом Государственного совета и сенатором.

Бескорыстие и энергичность принца вошли в поговорку.

Однако консервативное российское общество его не особо жаловало — он слыл чудаком, причем деятельным и оттого опасным.

Затеи его воспринимались как слишком смелые и недостойные аристократа.

Принц слыл поклонником прогресса, много внимания уделял поддержке науки и благотворительных учреждений, был лично знаком с известными учеными и врачами, в том числе с Луи Пастером.

Вместе со своей супругой Евгенией Максимилиановной, дочерью герцога Лейхтенбергского и великой княгини Марии Николаевны, создал Женские фельдшерские курсы, открыл на собственные средства Прививочную станцию.

В 1888-1890 при Свято-Троицкой общине сестер милосердия, состоявшей с 1881 под его попечением, создал Институт экспериментальной медицины — первый в России исследовательский центр в области медицины и биологии.

Принц без устали трудился сам и другим спуску не давал, особо презирая лень и пьянство — был даже Председателем Российского общества трезвости.

И вот теперь, когда понадобился человек, который примет на себя труд преображения задворков Империи, вспомнили об Александре Петровиче. Заодно, судачили злые языки, это назначение избавило столицу от докучливого реформатора, будоражившего двор и шокировавшего царское семейство своими затеями.

Принц не отказался. Днем начала строительства климатической станции (так называли новый курорт) в Гагре считается 14 октября 1901 г. (по старому стилю).

На это из казны выделили более 7 миллионов рублей.

Принц принялся за новое дело со всей своей энергией и предприимчивостью, так что уже через 2 года состоялась официальная церемония открытия Гагринской климатической станции. В Гагре появились телеграф, телефон, электрическое освещение, водопровод.

Заботы принца были направлены на устройство здесь великосветского курорта, который со временем мог бы составить конкуренцию европейским. Не отвращала его и идея сделать из Гагры русский Монте-Карло, чтобы золото, спускаемое азартными русскими путешественниками, оставалось в стране.

Он построил на берегу моря дворец и водолечебницу, виллы и особняки, гостиницы и рестораны, проложил дорогу в горы — к «Альпийской Гагре», заложил великолепный Приморский парк, поражавший редкими видами экзотических декоративных растений.

Здесь на 14 гектарах росли финиковые пальмы с Канарских островов, веерные — из Китая, кокосовые — из Южной Америки; сирийские мальвы, американские магнолии, гималайские кедры, агавы, хамеропсы, лимонные и апельсиновые деревья, кипарисы и Бог знает что еще. По глади бассейнов скользили лебеди, по аллеям разгуливали радужные павлины. Была создана оригинальная система парковых водоемов — чередование малых и больших прудов, соединенных между собой ручейками.

Напротив парка возвышался (и до сих пор возвышается) ресторан «Гагрипш» — эмблема города. По заказу принца он был построен в Норвегии из норвежской сосны и в разобранном виде привезен в Гагру в 1902 году.

На сцене этого здания, собранного без единого гвоздя, выступали Ф. Шаляпин, здесь бывали А. Чехов, М. Горький, И. Бунин.

Александр Петрович недолго оставался единственным влиятельным гагрским патриотом. Очень скоро в Новую Ривьеру поверили и другие умные люди.

В начале 20 века в Гагре началось строительство дач и особняков. Сюда, на новомодный курорт, понемногу начала съезжаться русская знать, а в 1911 году курорт торжественно принял долгожданных иностранных гостей — немецких туристов.

Как говорится, не стоит город без праведника.

Все тут контролировалось недреманным оком неугомонного Принца Ольденбургского.

Александр Петрович ежедневно объезжал курорт на своем «Мерседесе», рьяно следил за дисциплиной и порядком, вникал во все дела, большие или маленькие. Его машину с клаксоном, издававшим петушиный крик (дабы не нарушать гармонию природы), можно было встретить повсюду.

Желая придать курорту местный колорит, он распорядился в названиях пансионатов и дач использовать абхазскую топонимику. Особое внимание Ольденбургский уделял снабжению курорта продуктами питания, овощами, фруктами, виноградом.

Для этого были созданы угодья в имениях самого принца — «Отрадном», его супруги принцессы Евгении Максимилиановны, великого князя Александра Михайловича, купца Игуменова на Пицунде. Гагра стала любимым детищем Принца, его мечтой, его земным раем.

Думается, он был здесь счастлив трудами и успехами дела своих рук. Во всяком случае, у него все получалось.

Казалось, будущее Гагры как шикарного курорта обеспечено. Но Империю ждали великие потрясения, и вместе с ней ломались линии судьбы всех ее частей.

В 1914 году началась Первая мировая. Россиянам стало не до курортов, а Принца отозвали в Петербург и сделали Верховным начальником санитарной и эвакуационной части.

Он и тут показал себя выдающимся организатором — сумел объединить усилия разных ведомств и органов власти для предотвращения эпидемиологических заболеваний и блестяще наладил эвакуацию раненых из действующей армии во внутренние губернии.

Во время «Великого отступления» сумел исключительно четко организовать перевозку и размещение беженцев.

В Гагру Александр Петрович не вернулся. После Февральской революции в марте 1917 г. он был вынужден продать Временному правительству свой дворец на берегу Невы и незадолго до Октябрьского переворота уехал в Финляндию.

Затем переехал с семьей во Францию. Без дела не сидел.

Занимался благотоврительностью, был избран Почетным председателем Союза преображенцев.

Под псевдонимом «Петр Александров» издал в Париже небольшую книгу своих рассказов «Сон» (о «золотых» народных сердцах, внезапно прозревающих после дурмана революции и страстно отдающихся Христу»). Скончался 6 сентября 1932 г. в Биаррице, на Лазурном берегу — вдали от своего берега и своей Ривьеры.

А построенный им мир продолжал жить.

Сразу же после установления Советской власти в Абхазии Гагра была объявлена курортом общегосударственного значения. Все дворцы, пансионаты, гостиницы национализировали.

К 30-м годам курорт стал функционировать круглогодично. В эти же годы здесь открывается курортная поликлиника, водолечебница и впервые в Абхазии организуется медицинский пляж.

В 1933 начинается новый курортный бум. В Гагре строится сразу несколько новых санаториев и домов отдыха — «Украина», имени Челюскинцев, «Маяк», дом отдыха Союза писателей, дом отдыха имени XVII партийного съезда и др., — выделяются неплохие деньги для благоустройства курорта.

На юг потянулась советская знать и — в виде поощрения — простые труженики. Однако новая война опять надолго отобрала у советского народа привычку отдыхать.

Слава Богу, на свете ничего не бывает вечного, кончаются даже плохие времена.

Гагру ждал новый расцвет. 50-е годы принесли оживление в эти места. Были построены санатории «Гагра», «Нефтяник», «Армения» и детский санаторий. Курорт понемногу рос и становился доступным не только элите, но и остальным — по профсоюзным путевкам. Следующие два десятилетия сделали его поистине всенародным: были построены новые санатории, курортная водолечебница, бальнеолечебница; в 1962 году на поверхность земли вывели минеральную термальную сульфато-кальциево-магниевую воду, и началось нашествие отдыхающих со всех концов страны. 500 000 человек в год, включая дикарей! Гагра и окрестности превратились в цветущую зону — конечно, по советским меркам, а не так, как мерещилось Александру Петровичу Ольденбургу: никакой роскоши, никаких излишеств, все скромненько и тесновато, как и подобает советскому небалованному отдыхающему. Но всем доставалась поровну неотменяемая никакими правительственными указами роскошь природы, солнца, моря, гор, щедрого — через край! — цветения и экзотической красоты. К 90-м Гагра раскинулась на узкой полосе вдоль берега моря на 7 км. Это сплошной субтропический парк с фонтанами, прудами, аллеями вечнозеленых растений. Особенно красив район Старой Гагры, где с берега моря открывается сказочный вид на горы, ущелья и бухту. Образ города дополнил советский курортный стиль 50-х, в том числе знаменитая гагрская колоннада, построенная в 1951 году. За колоннадой начинается великолепная городская набережная 1949 года, украшенная экзотическими растениями. Со смотровых площадок над городом открывается великолепный вид на Новую Гагру и мыс Пицунда. Сегодняшняя Гагра донесла до нас и свой знаменитый парк, и ресторан «Гагрипш», который давно уже стал главным символом города, и замок принца Ольденбургского, и коллонаду, и «Зимний театр», и конечно, то, что дали ей не люди, а сам Бог. Людям нужен этот прекрасный мир красоты и отдыха, они его заслужили. Немножко удачи — и Гагре еще позавидуют первые курорты мира, все его Монте-Карло и лазурные берега. Источник

См. также:

Категория: Разное